У нас в университете студентам уменьшили стипендии, и они устроили беспорядки. Университет закрыт. В любом случае, я найду время приехать в Москву.
С любовью.
......«Сегодня у нас, Хади, прекрасный день! Клены ярко красные, березки огоньком подсвечивают, на бульварах тепло, так не хотелось уходить домой. Это ведь последнее тепло в этом году, через 2–3 дня начнутся холодные дожди, а потом и холодные ветры. Пожилые люди полностью сливаются с природой, они сидят как тихие грибочки на лавочках, ни агрессии на их лицах, ни злой усмешки. Люди уже имеют ценить жизнь, не мифическую, выдуманную, а ту, которая реально вокруг них есть: а это солнце, трава, чистый воздух и шафранного цвета ветви над головой.
Целую.
...«Надеюсь, Хади, что ты славно отметил свой день рождения: целый день лежал на боку и любовался небом, цветами и десятком младенцев вокруг себя. И еще тебе подносили подносы с самыми вкусными блюдами в мире. А из напитков был — король всех напитков (с моей точки зрения) — кагор!
Умные люди летают к Средиземному морю, гуляют по Австралии, даже к пингвинам в Антарктиду заглядывают, а я все работаю и работаю.
Но есть и маленькие радости. Вчера ездила на Митинский радиорынок, изучала новую технику, заправила картриджи, долго любовалась голубым небом, когда сидела на автобусной остановке, на которой летом ждали автобус и мы с тобой.
И после этого радиорынка с такой заманчивой и новой техникой, я будто в Космос слетала, будто глотнула свежего воздуха. Там такая умная и вежливая молодежь!
Люблю.
Как жалко, Анна, что мы на Новый год далеко друг от друга. Но скоро мы опять будем вместе.
С любовью.
Хади.
Рейс из Доху задерживался на час. Наконец-то на табло появилась информация, что самолет приземлился, идет разгрузка багажа. Вышла в зал женщина, закутанная с ног до головы во все черное, даже перчатки черные среди лета на руках. А на лице маска, очень похожая на намордник. Словно за веревку водили эту женщину по миру. Однако за нею сверкали молодые любопытные глаза. Пассажирка боязливо оглядывалась, будто боялась того простора, на котором вдруг оказалась. Будто жила она прежде в какой-то малой и неудобной клетке.
Степенно прошел индус с огромным тюрбаном на голове. Провезли на коляске двух малышей. Мама наклонилась над ними, заботливо поправляя чепчики. Малыши шалили, отнимали друг у друга игрушки.
Наконец-то в зал прилета вышел Хади. Поискал глазами Анну, лучезарно улыбнулся, протянул руки.
— Добрый день! — сказала она и тоже протянула к нему руки…
Черное оглушительное облако вдруг разметало в пыль чемоданы, баулы, людей, буфет неподалеку, достало потолок, который переломленными балками свалился на головы людей.
Несовместимость миров, трагическая несостыкованность целей тех или иных пластов человечества, опять напомнили о себе миру и накрыли траурным покрывалом еще десятки гробов. Эта злая сила оказалась в это мгновение рядом с Анной и Хади…
Вечером диктор телевидения в длинном перечне новостей сообщила странам о жертвах от террористического взрыва в аэропорту.
Через несколько дней, когда рабочие разбирали разломы, где-то в куче хлама нашли чье-то обручальное колечко, печально глянули на него и сказали самому старшему:
— У тебя, кажется, много дочерей, возьми, Петро, вдруг пригодится.
— Да нет… не надо. Кому-то оно счастья не принесло.
— Тогда сдай в ломбард. В твоей семье каждый рубль украсит жизнь твоих детей.
Кольцо перекочевало в нагрудный карман и навсегда скрылось в его глубине.
Мир по-прежнему был неуживчив, сварлив, и за всю историю человечества лишь проблески чьей-то гуманной мысли, желание поднять народы хотя бы на один сантиметр над пучиной зла, а также добрая улыбка тянущегося к тебе человека донельзя украшают его.